Jarabi

"Недавно одна моя знакомая побывала в гостях у арабских музыкантов. Они были настоящими музыкантами, и большую часть времени играли музыку и пели.
— О чем эта песня? — спросила моя знакомая по-английски (арабского она не знала, а музыканты пели на своем родном языке)
— О любви. — Ответили ей.
Они спели еще одну песню.
— А эта о чем? — снова спросила моя знакомая.
— О любви.
Они снова начали петь.
— А теперь о чем вы поете?
— Теперь о смерти, — ответили они, — и о любви. О чем же еще можно петь?"
(Дмитрий Григорьев, "Господин Ветер" (прозаическая версия))

Наверное, надо что-то рассказать, да? Как будто и так все не понятно.

Ну ладно, это - Buena Vista Social Club, каким он изначально задумывался: совместный проект самых блестящих малийских и кубинских музыкантов. Тогда, в 1996 году, из этого ничего не вышло: малийцы не смогли прилететь на сессию по причинам, к музыке не имеющим отношения. Проект собрали из одних кубинцев + Ry Cooder - и никому не показалось мало.

На то, чтобы решить организационные проблемы, ушло примерно 15 лет, и в 2010 году запись все-таки была сделана под остроумным названием Afrocubism. Не все дожили, но тех, кто остался, хватает с избытком.

Да, а песня называется Jarabi, как примерно половина всех малийских песен. Догадайтесь, почему :-)

Для тех, кто хочет понять, что происходит и кто все эти люди:

• В шляпе - Eliades Ochoa, которого вы, наверное, помните по BVSC - там он тоже был в шляпе :-);


• C электрогитарой - Djelimady Tounkara, живая легенда и образец для целого поколения малийских гитаристов (во главе с Habib Koité), бессменный лидер главной "домашней" малийской группы Super Rail Band начиная с 70-х годов - короче говоря, малийский Эрик Клэптон, давно пора уже в бронзу и на пенсию, а он все пилит и пилит - совсем места молодым не дает - наоборот, когда в 90-е годы западно-африканская музыка стала пробиваться в Европу, у него как будто второе дыхание открылось: вот, например, шикарный джем с Биллом Фризеллом в 2004 году в Лондоне (угадайте, как называется композиция);


• Поет и приплясывает - Kassé-Mady Diabaté (ccылки не будет, нормальная биография есть только по-французски), один из самых известных малийских грио - западно-африканского аналога средневековых европейских бардов или скальдов - иными словами, музыкантов, поэтов и историков в одном лице. Профессия это наследственная (более того - кастовая; в Мали - кастовое общество), но, в отличие от множества своих родственников, Kassé-Mady вышел на профессиональную эстраду и стал популярным певцом - не переставая при этом быть сказителем;


• Сидит слева - Toumani Diabaté, а инструмент, на котором он играет (похожий на арфу, воткнутую в тыкву), называется кора. По сути, это и есть арфа, воткнутая в тыкву :-), а сам Toumani - вероятно, наиболее известный из всех малийцев на этой сцене; его роль в популяризации малийской музыки по всему миру сравнима, пожалуй, с ролью Нусрата Фатех Али Хана в популяризации пакистанских каввали. Он играет и записывается с десятками музыкантов по всему миру (даже с такими экзотическими, как Бьорк), собирает престижные награды (в частности, Grammy 2006-го года за лучший альбом World Music), и пишет музыку для всего на свете, включая компьютерные игры :-); кстати, Jarabi - тоже его композиция;


• Высокий негр в зеленом балахоне с малюсенькой четырехструнной балалайкой - это Bassekou Koyaté, виртуоз так называемой "малийской лютни" нгони, которую правильнее было бы назвать "малийским банджо" (тот же принцип - мебрана вместо деки и резонатор), если бы она не была его непосредственным предшественником и прототипом, - так что скорее банджо имело бы смысл называть "американским нгони" - чего, разумеется, никто делать не будет :-);


• Периодически в кадр попадает еще один малиец, сосредоточенно молотящий палочками по чему-то похожему на ксилофон. Этот инструмент на самом деле называется балафон, а играет на нем Lassana Diabaté, совершенно незаслуженно не удостоившийся собственной статьи в Википедии; (и пусть вас не смущает, что это уже третий человек с фамилией Diabaté в коллективе - у грио всего несколько родовых фамилий, которые могут носить тысячи людей);


• Еще один потомственный грио на сцене - Baba Sissoko, который вообще-то играет на всем, что звучит, но более всего известен как исполнитель на тамани - это такой специальный барабан с регулируемой высотой звука, который использовался для передачи сообщений между деревнями; держат его подмышкой, прижимая локтем к боку и натягивая таким образом перепонки.